доповіді

НАРУШЕНИЕ ПРАВА НА СВОБОДНОЕ ВЫРАЖЕНИЕ МНЕНИЯ, СВОБОДУ ОБЪЕДИНЕНИЙ И СОБРАНИЙ В РОССИИ

Для критиков власти в России возможность пользоваться правом на свободное выражение мнения, свободу объединений и собраний давно стала лишь частичной и нередко сопряжена с риском, говорится в опубликованном 2 октября брифинге Amnesty International.

Неуклонное наступление на реализацию этих прав с момента вступления в должность президента Владимира Путина в конце 90-х годов значительно ужесточилось с тех пор, как он вернулся к власти в 2012 году. Независимые НКО, критически настроенные СМИ и участники протестов ощутили на себе силу удара по основным свободам, удара стимулируемого и «оправдываемого» всё более агрессивной пропагандой, которая называет несогласных пятой колонной, во что бы то ни стало стремящейся подорвать стабильность и благосостояние России. Если не остановить этот стремительный путь вниз, то в долгосрочной перспективе потеряет от этого всё российской общество.

Подавление свободы выражения мнения в России: давление на СМИ

В последнее десятилетие политика в отношении СМИ в России неуклонно ужесточалась, причём в последние месяцы особенно стремительно. Конституция Российской Федерации гарантирует свободу СМИ и запрещает цензуру (статья 29.5). Тем не менее вот уже многие годы СМИ в России фактически контролируются государством, за исключением отдельно взятых, имеющих ограниченную аудиторию. А теперь власти принялись давить даже на них. Интернет издавна был оплотом плюрализма и свободной площадкой для высказывания критических мнений и отличных от общепринятых суждений. Но этому пришёл конец: парламент в спешном порядке принял целый ряд новых законов, устанавливающих государственный контроль и над интернетом. Между тем список журналистов, ставших жертвами физических нападений и убийств в России, постоянно растёт, а виновники этих преступлений остаются безнаказанными.

Самоцензура и другие формы косвенного государственного контроля

В основных средствах массовой информации широко распространена самоцензура. Формально свободные в своей редакционной политике, СМИ весьма редко предоставляют площадку мнениям, неугодные властям, либо не предоставляют вообще. Те, кто отклоняется от официальной линии, очень быстро ощущают на себе давление. Оно может исходить от владельца, будь то государство, частное лицо или компания, тесно связанные с правительством, либо принимать форму разрыва деловых связей.

В декабре 2013 года одно из известнейших информационных агентств РИА «Новости» закрыли по указу президента, и на смену ему пришло государственное предприятие «Россия сегодня». Оно стало самым агрессивным распространителем мнения властей. Это было особенно очевидно в освещении так называемых протестов Евромайдана в Украине, российской оккупации и аннексии Крыма и последующего конфликта на востоке Украины.

В марте 2014 года популярный сетевой новостной ресурс Лента.ру опубликовал интервью с лидером правых украинских националистов, ставшего известным во время Евромайдана. Роскомнадзор (государственный орган, отвечающий за надзор за СМИ) вынес ресурсу предупреждение о том, что интервью содержало побуждение к национальной розни, и текст интервью с сайта удалили. В течение нескольких часов владелец сменил главного редактора Ленты.ру, несмотря на возражения редакции и других журналистов.

Для большинства российского населения телевидение остаётся основным источником новостей и политического анализа, и все телеканалы национального значения уже давно преимущественно поддерживают официальную точку зрения. Спутниковые и кабельные каналы по большей части аполитичны и сосредоточены на развлекательных программах. Редким исключением является телеканал «Дождь», известный независимыми репортажами и предоставлением площадки для широкого спектра мнений. В последние месяцы он всё чаще подвергается давлению, поскольку его освещение Евромайдана и последующих событий в Украине отличалось от одобренного Кремлём сценария. В январе 2014 года телеканал «Дождь» запросил мнение зрителей о том, нужно ли было сдавать Ленинград немцам во время Второй мировой войны, чтобы спасти жителей осаждённого города. За это политический истеблишмент и основные СМИ резко критиковали телеканал. В тоже время несколько спутниковых и кабельных телесетей немедленно расторгли свои контракты с «Дождём», выведя его из эфира. Канал продолжал вещать в сетевом режиме, однако его доходы значительно сократились. Он терпит убытки и выживает только за счёт «коллективного финансирования»1.

Между тем национальные телеканалы и другие основные СМИ широко использовались в рамках кампании по очернению политической оппозиции, независимых общественных организаций и их руководителей.

Новые законы, подавляющие свободу СМИ

Со дня возвращения к власти Владимира Путина в мае 2012 года парламент в спешном порядке принял ряд законов, в том числе следующие:

  • вновь введена ответственность за клевету лишь восемь месяцев спустя после её декриминализации президентом Медведевым;
  • в Уголовный кодекс РФ внесены поправки, предусматривающие уголовную ответственность за богохульство;
  • принят федеральный закон, запрещающий «пропаганду нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних»;
  • введена серия ограничений, ужесточающих государственный контроль над интернетом.

 

Подавление свободы выражения мнения в интернете

Поскольку печатные и вещательные СМИ стали закрывать двери для инакомыслящих, интернет стал незаменимой площадкой для независимых голосов в России и основным проводником политических коммуникаций. Он широко используется для распространения независимых новостей, организации протестов и других гражданских инициатив, публикации сообщений о нарушениях прав и сбора средств на различные нужды.

В последние два годы принято несколько законов, постепенно расширивших возможности государства ограничивать информацию в интернете и организовывать мероприятия с его помощью. Закон «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» был принят в декабре 2013 года при минимальном общественном надзоре или обсуждении в парламенте и утверждён 1 февраля 2014 года. Закон наделяет прокуратуру полномочиями блокировать доступ к сайтам путём прямого распоряжения (Роскомнадзор), если данный сайт, по её мнению, побуждает к массовым беспорядкам, экстремистской деятельности или несанкционированным общественным собраниям2. Государство впервые воcпользовалось этими полномочиями в течения месяца после принятия закона, когда был блокирован доступ к популярным сетевым ресурсам. Три из них — новостные порталы, известные критическими политическими репортажами: Грани.ру, Еженедельный журнал и Каспаров.ру. Прокуратура отметила их репортажи и перепосты о серии спонтанных (и потому «неправомерных» в глазах российских законов) мирных протестов в Москве в предыдущие дни и решила, что материалы «содержат призывы к противоправной деятельности и участию в массовых мероприятиях, проводимых с нарушением установленного порядка».

Блог известного антикоррупционера и политического активиста Алексея Навального был блокирован, поскольку тот находился под домашним арестом (хотя в суде Навальный заявлял, что блог обновляла его жена, а не он). Многократные попытки обжаловать это решение не увенчались успехом.

В мае 2014 года был принят очередной закон, направленный против социальных сетей: согласно его положениям, любой интернет-ресурс, ежедневно набирающий более 3000 посещений, должен регистрировался в Роскомнадзоре и подчиняться тем же правилам, что и основные СМИ. Популярные блогеры теперь должны публиковать своё настоящее имя и адрес на своей странице и нести ответственность за публикацию «непроверенной информации», а также за комментарии, оставленные на его странице читателями. Нарушение этого закона предусматривает суровые наказания, в том числе штраф в размере до 500 000 рублей (14 000 долларов США) и запрет на ведение блога на срок до 30 дней.

Преследование и притеснение журналистов и неспособность расследовать прошлые нападения

Журналистам грозит опасность уголовного преследования и притеснений за открытые высказывания, направленные против правительства. В марте 2014 года вологодский журналист Роман Романенко опубликовал в «Фейсбуке» язвительное открытое письмо президенту Путину. Он попросил Путина ввести войска в Вологду вместо Крыма для защиты «прав русскоязычного населения» — прежде всего от коррупции и другого произвола. Несколько дней спустя губернатор Вологодской области попросил проверить письмо Романенко на экстремизм, и журналиста вызвали на допрос в прокуратуру. Между тем на входной двери его квартиры проявились надписи, а в окрестном районе распространили анонимные листовки, в которых Романенко называли украинцем-евреем и симпатизирующим правым украинским националистам. Когда другой журналист, Александр Еренко, воспроизвёл письмо Романенко, написав вместо Вологодской области Пермский край, его в считанные часы уволили.

Между тем список журналистов, ставших жертвами физических нападений и убийств в России, постоянно растёт, а виновники этих преступлений остаются безнаказанными. Например, Amnesty International уже рассказывала о случаях Михаила Бекетова, Олега Кашина и Елены Милашиной, подвергшихся жестоким нападениям. Как сообщалось, в июне 2012 года журналиста независимой «Новой газеты» Сергея Соколова отвезли в лес, и там ему открыто угрожал никто иной, как Александр Бастрыкин — председатель Следственного комитета (специального органа, отвечающего за расследование тяжких преступлений). Позже Бастрыкин признал, что он «беседовал» с журналистом и извинился, после чего инцидент сочли исчерпанным.

Ещё одна журналистка «Новой газеты» — Анна Политковская (наиболее уважаемый в России автор материалов по двум «чеченским войнам» 1990-х – 2000-х годов), была убита в подъезде своего дома в Москве 7 октября 2006 года. Ранее в текущем году нескольких человек осудили в связи с её убийством, однако заказчик преступления до сих пор неизвестен, и российские власти проявляют заметного рвения его установить.

Правозащитницу Наталью Эстемирову, писавшую для сетевого информационного агентства «Кавказский узел», похитили в Чечне 15 июля 2009 года. Дагестанского журналиста Хаджимурада Камалова и Ахмеднаби Ахмеднабиева убили в декабре 2011 года и июле 2013 года, соответственно, а тело Тимура Куашева из Кабардино-Балкарии обнаружили в августе 2014 года. Все эти журналисты были известны критическими статьями, в том числе посвященными проблемам прав человека. Ни по одной из этих смертей не проводили эффективного расследования.

Нарушения права на свободу объединений: «закон об иностранных агентах»

В России независимые некоммерческие организации (НКО), которые критикуют власти либо изобличают произвол, давно подвергаются преследованиям. До недавних пор это по большей части принимало формы целенаправленной мести отдельным лицам. В 2011 году Amnesty International опубликовала доклад под названием «Им затыкают рот кулаками: нападения на правозащитников в Российской Федерации»3. В докладе приводится более 20 случаев физических нападений (в том числе убийств), преследований и запугиваний правозащитников, юристов и журналистов. Однако в последние два года, с момента возвращения Владимира Путина к власти, ситуация значительно ухудшилась. Теперь под ударом оказалось сама идея и даже существование независимого, критичного гражданского общества.

Введение «закона об иностраных агентах» с целью очернить независимые НКО

В 2012 году Дума в спешном порядке приняла так называемый «закон об иностранных агентах». Он обязывает любую НКО, получающую зарубежное финансирование, независимо от сумм, и занимающуюся расплывчато определяемой «политической деятельностью», регистрироваться в качестве «организации, выполняющей функции иностранного агента», а также указывать эту весьма неоднозначную формулировку на всех публичных документах, в том числе на своих сайтах и в публикациях. В противном случае НКО грозят крупные штрафы4. Столь же крупные штрафы и даже уголовная ответственность, а также лишение свободы на срок до двух с половиной лет грозят их руководителям. Организация финансирования в пределах страны остаётся сложной проблемой для российских НКО, и многие из наиболее известных правозащитных НКО получают по меньшей мере часть средств из-за рубежа на реализацию различных проектов.

Хотя российские власти заявили целью этой меры повышение прозрачности, её реальная цель заключается в дискредитации в глазах общественности ряда наиболее активных критиков Кремля. В России понятие иностранного агента глубоко ассоциируется со шпионажем, и его применение к НКО совпало с пропагандистской кампанией, призванной выставить ведущие российские НКО пятой колонной, во что бы то ни стало стремящейся дестабилизировать Россию в угоду своим иностранным плательщикам.

Российские НКО, за сомнительным исключением двух5, единодушно решили бойкотировать это требование.

В марте 2013 года власти устроили волну «проверок» в офисах НКО, которые проводили сотрудники прокуратуры в сопровождении различных должностных лиц, например, сотрудников налоговых органов, пожарных инспекторов, сотрудников спецслужб. При этом во многих случаях на месте «случайно» оказывались съёмочные группы национального телеканала. Менее чем два месяца «проверкам» подверглись более тысячи НКО, а возможно и вдвое больше. Объектами «проверок» стали организации, наблюдающие за выборами, правозащитные и природоохранные НКО, а также независимые экспертно-аналитические центры. Вскоре после этого прокуратура вынесла предупреждения множеству НКО. Предупреждения были двух типов: в одних прямо говорилось о необходимости зарегистрироваться в качестве «иностранных агентов» (Amnesty International известно о десятке с лишним НКО, получивших такие предупреждения), а в другие НКО предупреждали, что их ждут юридические последствия, если они не зарегистрируются (Amnesty International известно не менее чем о 35 таких случаях).

Министерство юстиции или прокуратура подавали в суд на как минимум десять НКО за то, что те не прошли регистрацию в качестве «иностранных агентов», а ещё десятки сами опротестовали вынесенные мим официальные «предупреждения». Как следствие, десятки НКО оказались вовлечены в судебные тяжбы, длившиеся месяцами и отнимавшие огромное количество времени и средств. Ряд НКО проиграли свои дела, и их, а в отдельных случаях и их руководителей, оштрафовали на крупные суммы. Так, 25 апреля 2013 года известной организации — ассоциации «Голос», отстаивающей права избирателей, назначили огромный штраф. Её руководителя Лилию Шабанову также оштрафовали, заставив НКО временно прекратить свою деятельность, после чего её члены приняли решение о роспуске организации6. Примечательно, что ассоциация «Голос» приняла меры к тому, чтобы не получать финансирование из-за рубежа и даже отказалась от денежной премии — престижной международной награды. Деньги на счёт НКО не поступили, однако обвинение настаивало (и судья с ним согласился), что эта премия представляла собой зарубежное финансирование. Жалоба НКО на это решение осталась без удовлетворения. Это решение также обжаловал федеральный уполномоченный по правам человека, и в сентябре 2014 года московский суд его отменил. Однако к тому времени «Голос» уже самораспустился, а сама НКО и её руководитель выплатили штрафы.

Не менее шести другим НКО и как минимум двум руководителям НКО назначали крупные штрафы. В ответ на эти карательные меры по меньшей мере пять организаций решили закрыться. В отличие от «Голоса» другие организации не получали зарубежного финансирования и категорически отрицали, что являются иностранными агентами и занимаются политической деятельностью в интересах иностранных государств.

Российские власти выступали за весьма широкое толкование понятия «политическая деятельность», а суды по большей части их поддерживали. В частности, известны такие примеры: представление альтернативных докладов в договорные органы ООН по правам человека (например, АДЦ «Мемориал» в Санкт-Петербурге, ныне ликвидировавшийся, представил альтернативный доклад Комитету ООН против пыток), оказание бесплатной правовой помощи задержанным участникам мирных протестов, публикация судебных решений по этим и другим делам, организация круглых столов, публикация проектов реформ или мнений, критичных по отношению к текущим реформам, или даже, как ни странно, подача отчётов о деятельности в Министерство юстиции (что является юридическим требованием для НКО).

Попытки НКО сопротивляться применению против них унизительных положений «закона об иностранных агентах» отнимают колоссальные средства и крайне мешают работе НКО в России. Тем не менее их сопротивление отчасти оказалось успешным. Так, до 5 июня 2014 года в реестре «иностранных агентов» Министерства юстиции была зарегистрирована лишь одна организация. В попытке повысить эффективность закона в июне 2014 года в него внесли поправки, наделив Министерство юстиции полномочиями регистрировать НКО в качестве «иностранных агентов» по своему усмотрению7. На следующий день в список добавили пять НКО8, а вскоре ещё восемь9.

«Женщины Дона»: история «иностранного агента»

Больше года Региональная общественная правозащитная организация «Женщины Дона» (далее «Женщины Дона») сопротивлялась попыткам властей повесить на них ярлык «иностранных агентов». Как оказалось, сопротивление оказалось невозможным, что дорого обошлось организации.

«Женщины Дона» — одна из старейших и наиболее уважаемых правозащитных НКО в России. Офис организации находится в Новочеркасске (Ростовская область). Организация ведёт разнообразную работу, в том числе по защите прав женщин и по проблемам межэтнических отношения в беспокойном северокавказском регионе, социальную и психологическую реабилитацию жертв вооружённых конфликтов, а также поддержку прочих уязвимых социальных групп.

С момента начала массовых «проверок» НКО весной 2013 года организация многократно подвергалась «проверкам» прокуратуры, Федеральной службы безопасности (ФСБ), Роспотребнадзора, пожарной инспекции, отдела полиции по экономическим преступлениям и налоговых органов. Четырнадцатого мая 2014 года новочеркасский суд оставил в силе запрос прокуратуры и постановил, что НКО должна зарегистрироваться в качестве «организации, выполняющей функции иностранного агента». «Женщины Дона» получали финансирование из-за рубежа, но всегда отрицали, что деятельность организации является политической. Суд с этим не согласился, постановив, что такие виды деятельности, как подача годового отчёта в Министерство юстиции (а такая обязанность налагается на НКО законом), представление отчёта спонсорам и публикация обоих документов на сайте организации, проведение круглых столов по реформе полиции (ещё до вступления в силу «закона об иностранных агентах»), а также публикация статьи с критикой текущей реформы полиции в вестнике организации представляли собой «политическую деятельность». Девятого июня 2014 года Министерство юстиции внесло «Женщин Дона» в список «иностранных агентов». Восьмого июля 2014 года суд назначил НКО штраф в размере 300 000 рублей за отказ зарегистрироваться в качестве «иностранного агента». С тех пор НКО пытается собрать эти средства, чтобы выплатить штраф.

«Закон об иностранных агентах» стал объектом критики с момента его создания, в том числе со стороны Совета при президенте по развитию гражданского общества и правам человека. Кроме того, предпринимались регулярные и неизменно безуспешные попытки опротестовать его в суде. Ряд российских НКО и федеральный уполномоченный по правам человека обратились в Конституционный суд. Восьмого апреля 2014 года суд постановил, что понятие «иностранный агент» не является оскорбительным и что закон не налагает излишнего бремени на НКО.

В Думе предлагали ряд поправок к закону, в том числе касательно введения официального запрета государственным должностным лицам на поддержание контактов с «иностранными агентами», а также запрета на использование зарубежного финансирования для выплаты зарплат сотрудникам НКО. Учитывая недолгую, но богатую событиями историю этого закона, вполне возможно, что эти или другие предложения, столь же ограничительного характера, примут форму законодательных актов.

Однако ясно одно: «закон об иностранных агентах» поставил многие правозащитные НКО перед выбором целого ряда незавидных альтернатив. Они могут попытаться выскользнуть из его сетей, полностью отказавшись от зарубежного финансирования, что неизбежно приведёт к сокращению деятельности, учитывая трудности со сбором средств на территории России. Если же они решат по-прежнему использовать существующие гранты и источники зарубежного финансирования, то им останется смириться с политическим ярлыком, призванным внести раскол между ними и российской общественностью, либо сопротивляться ему и рисковать штрафами, роспуском и уголовным преследованием. Как бы то ни было, будущее независимого гражданского общества в России представляется мрачным.

Изгнаны из публичных мест: демонстрантам отказывают в праве на свободу собраний

В последние годы свобода проведения общественных собраний, пикетов и демонстраций в Российской Федерации кардинально сузилась. С момента массовых протестов, сопровождавших парламентские и президентские выборы в 2011 и 2012 годах, новые законы и правила мало-помалу урезали этого гарантированное Конституцией право. Будь то мирный одиночный пикет или массовая демонстрация против вооружённого конфликта в Украине — теперь в распоряжении властей имеется целый спектр мер, позволяющих запрещать, ограничивать или изменять планы демонстрантов и произвольно разгонять какое угодно собрание.

Законы, регулирующие право на свободу собраний и его толкование

Статья 31 Конституции Российской Федерации гарантирует право на свободу мирных собраний. Основным законодательным актом об общественных собраниях в России является соответствующих федеральный закон «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетах» (далее закон «О собраниях»), вступивший в силу 19 июня 2004 года. В июне 2012 года и без того ограничительные нормы ещё более ужесточились, а штрафы выросли в 150 раз. Начиная с июня 2014 года наказание за каждое повторное нарушение этих норм ужесточается, а их третье по счёту нарушение влечёт за собой уголовную ответственность и наказание в виде лишения свободы на срок до пяти лет.

На сегодняшний день устроители митинга, демонстрации или пикета, за исключением одиночного пикета, могут проводить мероприятие в специально отведённых для этого местах (известных как «гайд-парки»). Однако им всё равно необходимо уведомлять о своих планах власти либо заранее обращаться за разрешением на проведение мероприятия, если оно предполагается к проведению в другом месте.

«Гайд-парками» обычно становятся площадки на окраинах города, где мало либо вовсе нет прохожих. Антиправительственные протесты в центре города неизменно запрещаются, особенно в Москве, где власти, отказывая в проведении митинга, как правило, ссылаются на причины общественной безопасности или удобства (создание помех движению пешеходов и общественного транспорта). Эти аргументы редко применяются, когда речь идёт о проправительственных маршах на тех же площадках10.

Характерным показателем политически обусловленного применения якобы нейтральных критериев стала ситуация движения «Другая Россия», которому уже давно отказывают в проведении протеста, когда объектом его недовольства был Кремль11. В последние месяцы движению разрешили организовать серию демонстраций, поскольку они поддержали аннексию Крыма и пророссийских бойцов в Донбассе.

Одиночный пикет — единственная форма общественного протеста за пределами специально отведённых «гайд-парков», которая не требует разрешения властей. Отсутствие исключений в законе для спонтанных собраний фактически делает незаконными протесты, являющиеся немедленной реакцией на новые события общественного значения. Если такие митинги происходят, власти, как правило, незамедлительно реагируют и пытаются пресечь мероприятие, каким бы немногочисленным или мирным оно ни было, и не считаясь с тем, есть ли необходимость в их вмешательстве.

Неудивительно, что уличные протесты стали происходить в России всё реже. Но всё же они периодически происходят, как, например, в феврале и марте 2014 года в ответ на события Евромайдана в Украине и приговоры, вынесенные нескольким участников протестов на Болотной площади (см. ниже). В одной лишь Москве прошли 14 мероприятий: не менее семи разогнали, более 1000 участников арестовали, сотни оштрафовали и не менее десяти приговорили к нескольким суткам ареста.

В конце августа военное вмешательство России в Украине спровоцировало новые протесты в Москве, преимущественно принимавшие форму одиночных пикетов. Двадцать восьмого августа несколько одиночных протестующих пришли на Манежную площадь в центре Москвы. Полиция утверждала, что расстояние между ними было не 50 метров, как того требуют правила проведения одиночных пикетов, и ненадолго их задержала. Одного человека приговорили к 15 суткам ареста якобы за выкрикивание лозунгов и отказ покинуть место протеста.

Суды над участниками «болотных» протестов и другие судебные процессы над демонстрантами

Несмотря на и без того сжавшееся пространство для свободы мирных собраний, санкционированная демонстрация на Болотной площади в центре Москвы 6 мая 2012 года стала переломным моментом по части того, как власти реагируют на массовые протесты. Поскольку власти в значительной мере ограничили запланированный маршрут демонстрации, не предупредив участников, и при этом имели место отдельные случаи насильственных действий, полиция, применив силу, разогнала всех собравшихся и задержала сотни человек. Десяткам демонстрантов предъявили обвинения в участии в «массовых беспорядках». Некоторых амнистировали после того, как они больше года провели в тюрьме, однако прочих (многие из них мирно участвовали в протесте) приговорили к длительным срокам лишения свободы по итогам судебных процессов, которые носили политическую подоплёку и характеризовались процедурными изъянами12.

В последние два года в ходе других демонстраций, как массовых, так и немногочисленных, Amnesty International зачастую отмечала беспорядочные аресты участников, которых помещали в полицейские машины и отвозили в участки. Там должностные лица, не производившие арест, составляли стандартные протоколы. Как правило, эти протоколы предъявляли суду как единственное доказательство, и этого обычно оказывалось достаточно для вынесения обвинительного приговора с наказанием в виде штрафа или административного ареста на срок до 15 суток.

Обстановка нетерпимости публичных протестов

Неустанное шельмование участников протестов и критиков правительства в основных СМИ способствует обстановке, в которой как полиция, так и общественность стали считать антиправительственные протесты непатриотичным, мятежным и незаконным явлением. В итоге даже санкционированные протесты и одиночные пикеты (и даже открыто и публично выражаемое сочувствие неугодным политическим мнениям) всё чаще побуждают к вмешательству полицию либо агрессивно настроенных прохожих.

В июле 2014 года полицейские задержали небольшую группу активистов, одетых в жёлтое и синее (цвета украинского флага), когда те сидели на скамейке на площади Пушкина в центре Москвы, поскольку их одежду сочли провокационной. У них не было плакатов, и они не делали ничего, что можно было бы расценить как публичная акция. В августе 2014 года активиста-одиночку задержали неподалёку от Кремля за то, что тот держал плакат с цитатой из Конституции России и утверждением, что президент её нарушает. Полиция остановила его и сообщила, что его протест носит незаконный характер13. Немногочисленную группу людей (не более 20 человек), выступавших против российского военного вмешательства в Украине и собравшихся в центре Москвы 5 сентября, окружила превышавшая их по численности толпа прохожих, которые сначала назвали протестующих ненавистниками России и фашистами, пели гимн России, а затем порвали их плакаты14.

Гомофобия при поддержке правительства: отказ представителям ЛГБТИ в праве на свободу выражения мнения и свободу собраний

Уголовную ответственность за однополые отношения в России отменили в 1993 году, однако гомофобные настроения распространены по-прежнему широко. В последние годы они всё чаще получают официальное одобрение. Закон, запрещающий «пропаганду» гомосексуализма среди несовершеннолетних, был принят в 2013 году. С тех пор организации лесбиянок, геев, бисексуалов, транссексуалов и интерсексуалов (ЛГБТИ) становились объектами преследований в рамках «закона об иностранных агентах», и им систематически мешали проводить публичные акции, и в то время участились случаи безнаказанных нападений на гомофобной почве со стороны групп бдительности.

Пропаганда против ЛГБТИ

Президент Владимир Путин многократно заявлял, что сексуальные меньшинства пользуются в России теми же правами, что и прочее население. Перед началом сочинской Олимпиады, в тот момент, когда гомофобные законы и полиция находились в центре международного внимания, он призвал россиян не «создавать ксенофобию… в том числе и в отношении людей нетрадиционной сексуальной ориентации». Однако это были лишь слова.

На деле же преобладающая позиция в основных государственных СМИ сводилась к тому, что однополые отношения представляли как чуждое по сути явление, перенятое у «загнивающего» Запада, подрывающее традиционные российские «ценности» и тормозящее демографический рост. В том же месяце, когда Владимир Путин выступил за более толерантное отношение, один из основных российских телеканалов «Россия 1» в пиковое эфирное время выпустил передачу, в которой утверждалось, что гей-активисты взяли под контроль и «схватили за горло» власти европейских государств, а теперь пытаются сделать то же самое и в России. В передаче утверждалось, что активисты ЛГБТИ непатриотичны, они неблагодарны российскому государству и хотят нажиться на предательстве России. Аналогичные передачи и публикации выпустили и другие СМИ, а люди, известные убеждённой гомофобной позицией, с их помощью сделали успешную карьеру в политике и в государственных СМИ15.

Активистам ЛГБТИ систематически отказывают в праве на свободу собраний

Многие годы активистам ЛГБТИ в России систематически мешают проводить публичные мероприятия. При этом власти отклоняют их заявки на проведение уличных мероприятий под различными предлогами, в том числе ссылаясь на предполагаемую невозможность обеспечить безопасность участников и на возражения «местного населения». В ходе уличных собраний ЛГБТИ, как правило немногочисленных и мирных, участники зачастую подвергались нападениям со стороны противников. В большинстве случаев полиция разгоняла собрания ЛГБТИ как «несанкционированные», в то время как противостоявшим им гомофобно настроенным группам (зачастую гораздо более многочисленным и всегда более агрессивным) никто не препятствовал. В ряде случаев российские суды признали незаконность запретов гей-парадов в Москве, Санкт-Петербурге и Костроме, а в 2010 году Европейский суд по правам человека вынес решение против России по жалобе, представленной активистом Николаем Алексеевым. Эти решения на деле ничего не изменили.

Законодательный запрет «пропаганды гомосексуализма»

Впервые местный закон о запрете «пропаганды гомосексуализма» был принят в Рязанской области в 2006 году, и этому примеру последовали ряд других областей. Закон опротестовали в Конституционном суде Российской Федерации, однако суд высказал мнение, что запрет не нарушает конституционные права16. Последующие жалобы в Конституционный суд также ни к чему не привели. В последнем решении, принятом 23 сентября 2014 года, суд подтвердил свою позицию о том, что закон призван защитить такие конституционно признанные ценности, как семья и детство, и ограждать ребёнка от информации «наносящей вред его здоровью, нравственному и духовному развитию», а также о том, что закон не препятствует ЛГБТИ в проведении публичных мероприятий за исключением действий, целью которых является «распространение информации, популяризующей среди несовершеннолетних или навязывающей им… нетрадиционные сексуальные отношения»17.

Федеральный закон, запрещающий «пропаганду нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних» вступил в силу в июне 2013 года. С тех пор у властей появилось простое правовое обоснование для запрета любого мероприятия ЛГБТИ, которое могут увидеть несовершеннолетние. Полиция систематически препятствует ЛГБТИ в проведении одиночных пикетов (которые разрешается проводить любому лицу без предварительного уведомления) и даже мероприятий в специально отведённых «гайд-парках»18. Редким исключением стало немногочисленное мероприятие на временно огороженной территории петербургского «гайд-парка» (Марсово поле) 26 июля 2014 года. Число полиции на этом мероприятии значительно превышало число участников, которым не разрешили выйти за пределы огороженной территории.

Хотя по большей части закон применяется в качестве превентивной меры с целью запрета и разгона общественных собраний активистов, отстаивающих права ЛГБТИ, отмечался ряд случаев, когда нескольких человек оштрафовали. Тридцатого июня 2013 года, в день вступления в силу федерального «закона о пропаганде», Дмитрий Исаков провёл одиночный пикет в своём родном городе Казани. Он держал плакат, на котором говорилось: «Быть геем и любить геев — это нормально. Бить геев и убивать геев — это преступно». Власти получили жалобу от несовершеннолетнего из Архангельской области, расположенной более чем в тысяче километров от Казани, который прочитал о пикете Дмитрия Исакова в интернете. На этом основании активиста привлекли к административной ответственности и оштрафовали на 4000 рублей за «пропаганду». Обжалование приговора оказалось безуспешным.

В ряде случаев в отношении «нарушителей» этого закона возбуждали дела, но позже закрывали. В отдельных случаях дело «решалось» во внесудебном порядке, но без серьёзных последствий для «нарушителя». Так, в начале 2014 года несовершеннолетнюю из Брянской области передали под специальную опеку социальных служб за её запись в социальных сетях о том, что она лесбиянка. Весной 2014 года руководство сообщило преподавателю университета в Архангельске, что она должна прекратить свою деятельность в составе организации, отстаивающей права ЛГБТИ, если хочет сохранить за собой преподавательскую должность. Ранее по той же причине уволили её коллегу.

Притеснение НКО ЛГБТИ

В России официально зарегистрированы лишь несколько НКО, занимающиеся правами ЛГБТИ, и они одними из первых попали под действие «закона об иностранных агентах». Одной из них стала петербургская организация «Выход». Из-за трудностей со сбором средств на такое непопулярное в России дело организация частично полагается на зарубежные пожертвования. В 2013 году прокуратура распорядилась, чтобы она зарегистрировалась в качестве «организации, выполняющей функции иностранного агента». После окончательного постановления суда от 21 июля 2014 года, оставившего в силе распоряжение о регистрации как иностранного агента, организация «Выход» официально закрылась, однако её члены продолжают отстаивать права ЛГБТИ при содействии других организаций-единомышленников. Аналогично, петербургский кинофестиваль ЛГБТИ «Бок о бок» признали нарушившим «закон об иностранных агентах» и оштрафовали на крупную сумму, после чего он закрылся19.

Насилие в отношении представителей ЛГБТИ и отсутствие их правового признания как «социальной группы»

Из России регулярно сообщается о жестоких нападениях на представителей ЛГБТИ20. Официальные данные о преступлениях на почве ненависти, обусловленной сексуальной ориентацией, отсутствуют, однако по мнению активистов, отстаивающих права ЛГБТИ, с которыми беседовала Amnesty International, «закон о пропаганде» способствовал учащению таких нападений. Активисты ЛГБТИ зачастую подвергаются нападениям во время демонстраций, пикетов, флэшмобов, в офисах организаций ЛГБТИ, в полиции и в зданиях судов, где рассматриваются дела активистов ЛГБТИ, а также в клубах и барах, популярных среди ЛГБТИ.

Некоторые группы гомофобов объединились посредством социальных сетей, а несколько групп бдительности, враждебно настроенных по отношению к ЛГБТИ, организовали и сняли на видео жестокие нападения на геев. Некоторые из этих видеозаписей находятся в открытом доступе в интернете, и зачастую виновники даже не пытаются скрыть свою внешность, зная, что наказания не последует. Amnesty International не известно ни об одном судебном процессе, связанном с привлечением к ответственности виновников этих порой безжалостных нападений, несмотря на лёгкость установления их личностей.

В рамках российского законодательства возбуждение ненависти является преступлением, а ненависть, направленная против других лиц по признаку их расы, национальности, языка, пола, религии, политических убеждений либо принадлежности к какой-либо определённой социальной группе является отягчающим обстоятельством. Тем не менее российские суды практически никогда не признают представителей ЛГБТИ «социальной группой» и не применяют соответствующие положения законодательства.

Рекомендации российскому правительству

Свобода выражения мнения и СМИ

  • Уважать и поощрять свободу СМИ и плюрализм;
  • эффективно расследовать все случаи и заявления о физических нападениях, убийствах и преследованиях журналистов и незаконного вмешательства в их работу; выявлять и привлекать к ответственности всех виновников, в том числе заказчиков подобных преступлений;
  • в неотложном порядке полностью восстановить доступ к сайтам Грани.ру, Ежедневный журнал и Каспаров.ру, а также к прочим сайтам, блокированным на основании закона «Об информации, информационных технологиях и о защите информации»;
  • отменить закон «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» и привести законодательство, регулирующее СМИ, в соответствие с обязательствами Российской Федерации в рамках международного права в области прав человека.

Свобода объединений, НКО и правозащитники

  • Прекратить преследования и очернение независимых общественных организаций;
  • отменить все законы, касающиеся «иностранных агентов», закрыть соответствующий реестр и отменить все излишне обременительные требования об отчётности и другие административные требования в отношении НКО;
  • незамедлительно, эффективно и беспристрастно расследовать все случаи нападений, незаконного давления и преследований в отношении правозащитников и других гражданских активистов; выявлять виновников и привлекать их ответственности.

Свобода собраний

  • Позаботиться о соблюдении права на свободу мирных собраний в отношении всех лиц, подпадающих под юрисдикцию Российской Федерации, без какой-либо дискриминации и в соответствии с нормами международного права в области прав человека и Конституцией Российской Федерации;
  • привести национальное законодательство, регулирующее общественные собрания, в соответствие с международными стандартами, в частности:
    • отменить уголовную ответственность за многократное нарушение правил проведения общественных собраний, а также позаботиться о том, чтобы:
    • суровость всех соответствующих мер наказания и штрафов не служила препятствием к публичным протестам;
    • проведение общественных собраний не требовало разрешения властей, а требование о предварительном уведомлении не применялось на практике в качестве процедуры санкционирования;
    • закон определял чёткую сферу применения в случаях спонтанных мирных собраний в ответ на актуальное событие, а также когда из-за задержки в мероприятии отпадает необходимость;
  • позаботиться о том, чтобы сотрудники правоохранительных органов обеспечивали достаточную защиту участникам общественных собраний, подвергающимся угрозам и насильственным действиям со стороны противников;
  • эффективно расследовать все заявления о нарушениях прав человека сотрудниками полиции в ходе общественных собраний, в том числе незаконного применения силы, произвольных арестов и задержаний, и привлечь виновников к ответственности;
  • позаботиться о том, чтобы основополагающие гарантии справедливости судопроизводства соблюдались в ходе административных процедур в связи с нарушениями закона «О собраниях»;
  • освободить всех, кто до сих пор находится под стражей в связи с протестами на Болотной площади;
  • позаботиться о том, чтобы все люди и группы в России могли пользоваться правом на свободу мирных собраний и свободу выражения мнения без какой-либо дискриминации по признаку политических убеждений, сексуальной ориентации и прочих признаков.

Дискриминация и права ЛГБТИ

  • Отменить запрет «пропаганды нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних»;
  • гарантировать представителям ЛГБТИ и активистам возможность пользоваться правом на свободу мирных собраний и свободу выражения мнения без какой-либо дискриминации и страха насилия;
  • позаботиться о том, чтобы по всем заявлениям о преступлениях, мотивированных реальной или предполагаемой сексуальной ориентацией и гендерной идентичностью либо подозрениями в поддержании однополых сексуальных отношений по обоюдному согласию, эффективно расследовались, а виновники привлекались к ответственности с соблюдением норм справедливости судопроизводства и несли наказание в соответствии с международными стандартами в области прав человека;
  • внести поправки в соответствующие законы, в том числе в статью 5.62 Кодекса об административных правонарушениях и статью 3 Трудового кодекса, с тем чтобы недвусмысленно включить в них сексуальную ориентацию и гендерную идентичность в качестве запрещённых признаков дискриминации;
  • внести поправки в статью 282 Уголовного кодекса, с тем чтобы в отношении всех видов преступлений предполагаемый мотив ненависти, в том числе обусловленной реальной или предполагаемой сексуальной ориентацией, в полной мере учитывался на всех этапах расследования, уголовного преследования и вынесения приговора;
  • внедрить политику и практику, нацеленные на правоохранительные и судебные органы, обеспечив оперативные, эффективные и беспристрастные расследования любых предполагаемых мотивов ненависти на почве реальной или предполагаемой сексуальной ориентации и гендерной идентичности в отношении всех видов преступлений, а также гарантировав, что они принимаются во внимание в ходе уголовного преследования и при вынесении приговора.

 

Примечания

1 Но это не всё. В августе 2014 года московский суд постановил, что телеканал «Дождь» должен выплатить 200 000 рублей (5 500 долларов США) трём лицам, которые пожаловался на «оскорбление достоинства» в связи с вопросом о блокаде Ленинграда.

 

2 Примечательно, что в последние годы законы о борьбе с экстремизмом не раз применялись в России в произвольном порядке с целью преследования и гонений в отношении религиозных меньшинств, законопослушных НКО, гражданских активистов и критиков правительства. Демонстрация на Болотной площади в Москве 6 мая 2012 года, приведшая к отдельным случаям насильственных действий со стороны небольшого числа демонстрантов, расценивалась властями как «массовые бепорядки», когда таковых не было, однако это давало возможность прокурорам предъявить более серьёзные обвинения участникам, в том числе нескольким мирным демонстрантам.

 

4 НКО грозит взыскание в виде административного штрафа в размере до 500 000 рублей (14 700 долларов США), если она не зарегистрируется в качестве «иностранного агента»; если на её публичных документах не указано «произведено организацией, выполняющей функции иностранного агента», НКО грозит дополнительный штраф на ту же сумму. Существуют и другие связанные с этим штрафы.

 

5 Малоизвестное Некоммерческое партнёрство «Содействие развитию конкуренции в странах СНГ» зарегистрировалось в качестве «иностранного агента» по собственной просьбе в июне 2013 года. Эта НКО создана по инициативе Антимонопольной службы Российской Федерации. Ещё одна НКО — правозащитная организация «Щит и меч», в декабре 2012 года заявила, что обратится за получением регистрации в качестве «иностранного агента» исключительно ради того, чтобы проверить эту процедуру. Министерство юстиции отказало ей в такой регистрации.

 

6 Подробнее см. сообщение Amnesty International «Russia: Voters’ rights NGO is first victim of ‘foreign agents’ law» («Россия: НКО, отстаивающая права избирателей, стала первой жертвой “закона об иностранных агентах”», на англ. яз.): http://www.amnesty.org/en/news/russia-voters-rights-ngo-first-victim-for…

 

7 До этого закон обязывал НКО обращаться за регистрацией, однако не предоставял властям полномочий регистрировать их в случае отказа соблюдать его требования.

 

8 Со списоком, или реестром НКО-«иностранных агентов» можно ознакомиться на сайте министерства: http://unro.minjust.ru/NKOForeignAgent.aspx.

 

9 На момент подготовки настоящего документа в реестре, опубликованном на официальном сайте Министерства юстиции, было 14 НКО :http://unro.minjust.ru/NKOForeignAgent.aspx. Примечательно, что в реестре они названы просто «иностранными агентами», а не «организациями, выполняющими функции иностранных агентов» в соответствии с точной формулировкой закона.

 

10 Amnesty International попыталась получить разрешение на проведение пикета с участием 15 человек на площади Пушкина в центре Москвы в октябре 2013 года, однако ей отказали на том основании, что не может быть обеспечена безопасность участников. Тем не менее в прошлом в этом месте неоднократно проводились общественные мероприятия, и в марте 2014 года его предоставили гораздо более многочисленному собранию в поддержку политики России в отношении Крыма.

 

11 См., например: http://amnesty.org.ru/node/1671.

 

12 Amnesty International, «Анатомия несправедливости: процесс по Болотной», заявление; 10 декабря 2013 года (индекс AI: EUR 46/055/2013),http://amnesty.org.ru/node/2721.

 

13 Amnesty International беседовала с этим мужчиной 26 августа 2014 года.

 

14 См. также репортаж, опубликованный на сайте Грани.ру: http://grani.ru/Politics/Russia/activism/m.232691.html#media-232692 (в России сайт блокирован, но видео доступно на YouTube: https://www.youtube.com/watch?v=aZ1U2UA-Ip4).

 

15 Например, журналист Дмитрий Киселёв, который хорошо запомнился своим пылким выступлением в популярном ток-шоу на национальном телеканале «Россия» в апреле 2012 года. В нём он требовал запретить геям быть донорами органов и сжигать их сердца как «непригодные для продолжения чьей-либо жизни» (например, см.: http://www.youtube.com/watch?v=2NlayCtujlU&feature=youtu.be). В декабре 2013 года его назначили на должность руководителя государственной информационного агентства «Россия сегодня».

 

17 С текстом постановления можно ознакомиться на официальном сайте Конституционного суда: http://www.ksrf.ru/ru/Decision/Pages/default.aspx.

 

18 Дополнительную информацию и примеры случаев см. в докладе Amnesty International «Право, а не преступление: нарушение права на свободу собраний в России» (индекс AI: EUR 46/028/2014), 3 июня 2014 года, в частности, стр. 13-14 и 16-17: http://www.amnesty.org/en/library/info/EUR46/028/2014/en.

 

19 Обе организации продолжают работать, но без обязательств и льгот, предусмотренных для зарегистрированных НКО.

 

20 См., например (на англ. яз.): http://www.amnesty.org/en/library/info/EUR46/028/2013/en.

Новини на цю ж тему

Росія: Засудження бібліотекарки за зберігання «екстремістських книг» демонструє повну неповагу до верховенства закону
07.06.2017
Ільдар Дадін: «Вранці і на вечірній перевірці фельдшери чують крики побитих»
01.03.2017
Росія: Закон про «іноземних агентів» за чотири роки скував некомерційні організації і позбавив їх голосу
18.11.2016
Росія: Московське представництво Amnesty International опечатано
02.11.2016
Публічна заява: Перелік питань, що викликають занепокоєнність Amnesty International у Російській Федерації
20.10.2016